«Если бы я не забрала документы, они бы их сожгли»
Как жительница Старопышминска нашла заплесневевшие документы и заменила собой поселковый архив
История свердловского Старопышминска могла исчезнуть вместе с документами, которые годами лежали в сыром подвале и постепенно отправлялись в печь. Но их случайно нашла — и спасла — Галина Махова, на тот момент сотрудница поселкового совета.
Сегодня Галине 70 лет. Четверть жизни она по крупицам собирает информацию о родном поселке, а последние два года — помогает людям находить утраченные корни через группу ВКонтакте, которая переросла в любительское краеведческое сообщество. Сегодня за информацией к Галине обращаются люди из разных городов России и других стран. Потому что больше — не к кому.
Как один человек может восстановить и сохранить историю поселка, в котором даже не пытались сберечь собственные архивы? «Региональный аспект» и It’s My City рассказывают в совместной публикации.
Архивариус
Галину Махову в поселке знают почти все. Кто-то обращался к ней за информацией о родословной или фамильном доме, к кому-то она приходила сама, чтобы поговорить и записать историю семьи. Собирая документы, общаясь с жителями и перерывая уцелевшие архивы, она стала той, на ком держится память поселка.
Галине 70 лет. Она родилась и всю жизнь прожила в Старопышминске, этим и объясняет широту знаний о его истории. Долгие годы на работу ездила в Свердловск, трудилась делопроизводителем и архивариусом на Уральском электромеханическом заводе. В 1980-м Махову избрали в поселковый совет, там женщина работала до 1985 года. Так как раньше она имела дело с бумагами, именно ее попросили разобрать архив, хранящийся в подвале. Галина сначала противилась, но сдалась: бумаги «вылазили из шкафа» и мозолили ей глаза.
— Там я нашла документы на старые дома, один из них был датирован 1926 годом. [Бумаги] были безжалостно согнуты, потому что работали люди, которым это было неинтересно. Они даже не сообразили, что в них есть ценность, — рассказывает Галина, показывая документы, теперь уже аккуратно скрепленные.
Махова заинтересовалась, начала разбирать архив. Следующей находкой стали похозяйственные книги военных годов — 1943–1945. От подвальной влажности они покрылись плесенью. Галина подняла все наверх, высушила, постаралась расправить.
Как оказалось, архивные документы были никому не нужны. Чиновники свободно раздавали их по знакомым, на растопку печей в домах и банях. Чтобы спасти архив, Махова решила забрать его себе. Как выяснилось позже, унесла она только часть — документы хранилось очень разрозненно.
— Если бы я не забрала документы, они бы их сожгли, — рассуждает Галина. — Они как бы [по закону «Об архивном деле»] должны организованно сдавать документы в архив Березовского [ближайшего к Старопышминску города]. А почему не сдавали? Просто не хотелось этим заниматься. Охота что ли? Никому неохота.
Сейчас Галина планирует отреставрировать документы, насколько получится — купила реставрационную бумагу и клей, чтобы устранять разрывы. Свой архив она хранит бережно, но отдельным его экземплярам исполнилось уже 100 лет, так что со временем они все равно теряют вид. Поэтому данные из бумаг Галина дублирует: от руки переписывает в многочисленные тетради, перепечатывает в файлы на компьютере, фотографии — оцифровывает.
«Хочу написать историю о каждой улице»
История Маховой как краеведа-любителя продолжилась спустя годы после подвальной находки — в 2012 году, когда женщина вышла на пенсию. Увидела по телевизору сюжет о русском кладбище в Венгрии. Вспомнила, что ее дед погиб на территории Венгрии, а где именно — никто не знал. В сюжете говорилось, что кладбище находится в городе Секешфехерваре, в 65 километрах от Будапешта.
Галина стала искать, где похоронен ее предок. Изучила «Книгу памяти Курганской области» (дед родом из тех краев). Нашла информацию о том, что он погиб рядом с трассой Будапешт — Секешфехервар. Отыскала в интернете группу «Русское военное кладбище Секешфехервар», списалась с администратором. Та выслала женщине шесть сотен фотографий с надгробиями. Среди них Мохова и обнаружила могилу дедушки.
Доехать до кладбища Махова мечтала, но — не довелось. Сначала не позволило здоровье, потом ковид, затем — война. Однако именно тогда Галина поняла, как непросто самостоятельно восстанавливать историю своей семьи, и решила помогать в этом деле другим. Из этого родился интерес к локальному краеведению, стремление узнать и сохранить историю старых родов и домов Старопышминска.
В 2015 году Галина нашла фотографии двух теперь уже снесенных домов, которые в 70-е сделал местный житель и фотограф-любитель Николай Ведерников. Потом поехала к подруге в Ревду, увидела в музее «Демидов-центр» фото старинных строений и решила также запечатлеть дома Старопышминска. В том же году подруги подарили Галине фотоаппарат, и она отправилась гулять по поселку, снимая каждое здание.
Готовые фотографии с короткими комментариями выложила на своей странице в соцсети. И довольно скоро ей написали сразу несколько человек с просьбой запечатлеть дом, который принадлежал их семье, рассказать его историю.
Со временем Галина сняла каждый старый дом в Старопышминске и начала собирать информацию о том, когда они были построены, кто там жил и кто живет сейчас. Все это она систематизировала, раскладывали по отдельным папки с адресами, параллельно отвечая всем, кто писал с просьбами помочь. Так, любительские фотографии дали опыт помощи людям в поиске информации о семье и переросли в отдельный проект.
В 2023 году Галина выступала с праздничной речью на Дне победы. Решила построить ее необычно, связав с фактами из истории Старопышминска: кто уходил, кто вернулся, как жил поселок в годы войны. После этого к ней подошел местный житель Михаил Чепиков, предложил вести историческую рубрику в группе «Старопышминск» во ВКонтакте, которую он администрировал. Махова согласилась, не раздумывая — давно хотела делиться знаниями.
— Хочу написать историю о каждой улице, — объясняет Галина.
Ведение соцсетей освоила быстро, теперь с гордостью рассказывает, как пишет посты, отвечает на комментарии и прикрепляет нужные фото. Сейчас на Маховой — почти весь контент группы, от постов про историю улиц, семей и домов до поздравлений с праздниками.
— Вот, я немножко увеличила фотографии, научилась, да. Иногда умничаю теперь, — смеется Галина, показывая, как кадрировала старое фото в одном из постов.
Информацию для текстов об истории улиц, домов, предприятий и семей поселка краевед берет из своих многочисленных тетрадей. Один из главных источников — живые разговоры и воспоминания жителей Старопышминска. Из них на страницы Галиных блокнотов перекочевывают разные факты и интересные речевые конструкции.
Фотографии из личных архивов, которые Галине передают жители поселка
«Что вот ты роешься?»
С популярностью к Галине пришла и критика. Например, Тамара Бортникова, местная православная журналистка, писала: мол, воспоминания жителей — плохая основа для краеведческого изучения — мало ли что наговорят! — и использовать нужно только литературу и документы.
Некоторые жители поселка не понимают увлеченности Галины.
— Спрашивают: «Тебе зачем вообще вот это? Что вот ты роешься?», — цитирует Махова своих односельчан.
Не заладились отношения с местной библиотекой. С одной стороны, говорит Галина, та регулярно переадресует ей запросы людей, которые ищут информацию о предках. С другой — на нее не ссылаются, когда использует ее находки и материалы на занятиях для школьников. Махова считает, что библиотекарь «ревностно отнеслась» к ее увлечению историей.
С грустью краевед вспоминает, как решила отдать в пользование библиотеке альбомы с фотографиями домов. На их создание она потратила около 10 тысяч рублей.
— Прихожу, а они валяются на полу, все в пыли, обложка порвана. Оказалось, ими играли дети. Мне так обидно стало, я их забрала. Думала ведь, люди пользоваться будут… — делится Галина.
Убедить прежнего главу Старопышминска в необходимости сохранять документы не удалось. Нынешняя руководительница тоже не считают не считает это важным: односельчане рассказывали Галине, что старые документы она просто выбрасывает.
Так что единственный старопышминский архив сегодня — это Галина.
«Все держится на памяти Галины»
Чем больше краевед писала постов, тем чаще к ней обращались за информацией, документами или фотографиями. С просьбой отснять дома предков начали писать не только из России, но также из Америки, Португалии, Израиля. Число подписчиков старопышминской группы во ВКонтакте выросло примерно на тысячу человек, сейчас их больше трех тысяч.
Одна из любимых историй Галины — про «Кругликовский дом», строение, как говорит Махова, «в вологодском стиле»: нетипично высокий цокольный этаж и наличники, необычной для Старопышминска формы. Документы на него Галина нашла еще во время работы в поссовете. Судя по акту, построили его в 1873 году. Здание принадлежало мастеровому Пышминского завода Николаю Кругликову.
Чтобы узнать больше об истории дома, Махова отправилась знакомиться с хозяйкой Татьяной — та живет в Екатеринбурге, но как раз приехала на лето в Старопышминск. Как оказалось, у Татьяны до сих пор хранятся документы, касающиеся истории дома — для хозяйки это еще и история ее семьи.
Пообщавшись с Татьяной, Галина написала пост: как и кому дом передавался по наследству, чем еще владела семья, кто потомки. И после этого с ней связалась жительница Екатеринбурга Ольга Кондоба. Она оказалась потомком другого Кругликова — Степана Алексеевича. Его родители были самыми богатыми купцами в Пышминском Заводе — так Старопышминск назывался с 1764 по 1938 год. Степан — последний владелец дома из рода Кругликовых. Он был торговцем и вел сельское хозяйство с наемной силой. В 1919 году ушел с белыми. В 1926 году вернулся в поселок, но дом уже забрали и отдали Пышминской потребительской коммуне под сапожно-починочную мастерскую.
Махова рассказала Ольге про дом все, что знала, отправила документы. Теперь Ольга время от времени приезжает в поселок с сестрой. В доме ее предка сегодня находится кафе «Лакомка», которым владеют дальние родственники Степана Кругликова. Впрочем, помещение под кафе они арендуют, само здание принадлежит торговой компании «Флагманъ».
Дом Степана Кругликова: в прошлом и сегодня. Источник фото: группа ВКонтакте «Старопышминск»
Около года назад к Галине обратилась Виктория Антропова. Сама она живет в Санкт-Петербурге, но ее родственники из Старопышминска. Маховой написала, чтобы узнать хоть что-то о родне, потом приехала в гости к краеведу. Галина отыскала информацию о предках Виктории, показала ей родовой дом, рассказала, что знает о семье и ее связях в поселке. Потом историей Антроповых заинтересовалась и другая дальняя родственница, живущая сейчас в Башкортостане — и Галина связала ее с Викторией.
— К сожалению, нет никаких переписей, метрик, все держится на памяти Галины и на том, что она собрала, — констатирует Виктория.
В 2017 году к ней приезжали люди (Галина уже и не помнит, кто именно) — расспрашивали про историю Уральского добровольческого танкового корпуса в поселке. Махова рассказала, что знала: в Старопышминске разместили четвертую дивизию, на горе обучали вождению танков, за кладбищем — учили стрелять. Казарм на всех не хватало, солдат приходилось расселять по домам жителей.
Даже за информацией о том, как Великая Отечественная война затронула поселок, порой обращаются к Маховой, хотя эту память местные институции сохраняют более бережно. Например, благодаря Галине был восстановлен максимально полный на сегодня список погибших старопышминцев. Когда в 1974 году в центре поселка установили памятный обелиск, на нем была написана 171 фамилия. Галина два года просидела со списком: изучала каждое имя по открытым архивам и добавляла тех, кого не указали. В 2020 году мемориал заменили на новый, и в нем было уже 213 имен погибших на войне и еще 102 имени ветеранов, которые вернулись и умерли уже в послевоенные годы.
В 2022 году к Маховой за архивными фотографиями обращался и бывший житель поселка, меценат Игорь Миронов: вместе с сельчанами он решил организовать небольшую выставку на горе, где красноармейцы убили местного священника, диакона Иоанна Плотникова, причисленного сегодня к лику святых.
В конце 2022 года, когда мощи священника решили перезахоронить возле храма, помощи у Галины попросила церковь. Для вскрытия могилы требовалось разрешение родственников, а где их искать, никто не знал. Махова подняла похозяйственные книги, которые в свое время забрала из подвала поселкового совета, отыскала родственников. Согласие на перезахоронение предка они дали.
Кто потом?
Галина говорит, что краеведение дается ей все труднее: от долгой работы с документами и компьютером она видит все хуже и хуже. Из-за проблем с ногами почти перестала выходить из дома одна. Но забрасывать свое дело не хочет: продолжает потихоньку писать посты, с энтузиазмом рассказывает, как отреставрирует архивные документы.
Однако вопрос — что будет с историей поселка, когда Галины не станет? — повисает в воздухе. Краевед признается, что хоть некоторые и интересуются историей Старпышминска, вряд ли кто-то готов заниматься ею так же, как она. Передавать дела — некому.
Генеалог Дмитрий Юнышев говорит, что плохая сохранность архивов в небольших населенных пунктах — проблема общая и давняя:
— Самое страшное, что происходило с нашими архивами, помимо войн — это комсомольские кампании по сбору макулатуры в 20–30 годах. Местные активисты сами решали, что в архиве должно быть, а что никуда не годится. Огромное количество ценнейших документов выкинули.
Во время Великой Отечественной войны, когда не хватало бумаги, документы в селах оформляли на оборотках. Старинные документы разделяли на части — часть просто гибла, часть становилась оборотками.
Архивы продолжали уничтожать и в непростые 90-е, когда не было средств, чтобы хранить документы подобающим образом. Они гнили, горели, затапливались. Чаще всего все это уходит в никуда — либо держится на отдельных энтузиастах.
Фото: It’s my city
